Селестен (как бы обращаясь к России). У вас революция? На здоровье. Селестен здесь ни при чем.

Барбару. Кто противник – тебя спрашивают!

Гастон. Какие-то русские. Я плохо разбираюсь. Их тут два лагеря. Большевики.

Марсиаль. В конце концов какая разница?

Гастон. Но вот тут Мишель. Мишель хорошо знает русские дела.

Барбару. Из какого вы полка, мсье Мишель?

Гастон. Он сапер.

Барбару. Вы сапер?

Гастон. Он недавно прибыл.

Селестен. Может быть, он знает, что такое большевики?

Марсиаль. Скажи, сапер, вот ты хорошо знаешь русские дела: Фекла – аристократическое имя?

Сапер. А ты уже завел себе бабенку? Не огорчайся, товарищ: тебя любит пролетарка.

Первый солдат (протискиваясь). Был задан вопрос о большевиках. Я могу сказать, что такое большевики.

Барбару. Ну, говори.

Первый солдат. Это русские дикари. У них общие жены. Они едят детей.

Марсиаль. В Африке есть племена, которые едят человечину. Я был в Африке.

Сапер. Может быть, он нам для товарищеского обеда зажарит свою Феклу? Правда, Гастон?

Г а стон. Если она жирная.

Барбару. Россия не далеко ушла от Африки. Это известно.

Сапер. Скажи мне, что ты видел, как большевики едят детей. Скажи, что тебе в ресторане предложили грудного ребенка с маслинами, но ты отказался. Ты попросил со спаржей.

Смех.

Гастон. Эй ты, умница! От кого ты узнал, что большевики едят детей?

Первый солдат. От лейтенанта Бенуа.

Селестен. Ах, от лейтенанта!…

Марсиаль. Что ж ты раньше не сказал?

Жув. О, дерьмо!

Второй солдат (протискиваясь). Он дурак. Я могу объяснить, что такое большевики. Это партия бедных. Это вроде наших синдикалистов, но поинтереснее. Будто бы в стране большевиков нет банкиров, нет фабрикантов, нет помещиков. Так я слышал от ребят.

Барбару. А куда же они девались?

Марсиаль. А земля чья?