Выходит на тротуар и старшина.
Из кузова машины нетерпеливо-выжидательно смотрит на шофера курсант Иван Кириллов. В его неспокойных глазах светится хитринка. Заметив, что водитель подморгнул ему, Иван перемахивает через борт кузова и подходит к старшине.
– Вынужденная посадка? – спрашивает с веселой беспечностью.
– Заколдованное место, – озабоченно говорит старшина. – Прошлый раз мотор заглох тут же.
– Какие-нибудь лучи действуют, – шутливо замечает Кириллов, кивнув головой на здание института. – Научный центр рядом.
– Возможно, если в схему зажигания вмонтирован фотоэлемент. – Старшина подозрительно смотрит в глаза Кириллову. – Проверить?
– Как хотите, – смеется Иван. – А мне позвольте… – и что-то шепчет старшине на ухо.
– На вас тоже лучи действуют? – смеется тот.
Кириллов с конфузливой улыбкой разводит руками:
– Рефлекс…
– Только по-ракетному, – разрешает старшина.
– Есть! – Кириллов оглядывается по сторонам, будто колеблясь, куда ему побежать, затем устремляется к дверям мединститута.
Огромный лекторий-амфитеатр. Сидят в белых халатах студенты, старательно конспектируя лекцию.
За кафедрой – молодой профессор: тоже в халате, в белой шапочке. Молодость и высокое научное звание, видимо, сковывают его. Щуря под очками близорукие глаза, профессор водит указкой по учебному плакату, на котором изображены разрезы печени, и с подчеркнутой выразительностью говорит:
– Прошу вас зарисовать, как выглядит в разрезе печень алкоголика и печень нормального человека.
Бесшумно открывается дверь, и появляется Иван Кириллов, одетый в белый халат а белую шапочку.
– Почему опаздываете, молодой человек? – укоризненно спрашивает профессор, приподняв очки.
– Извините, товарищ полковн… товарищ профессор, – отвечает Кириллов. – Даю вам честное слово, что этого больше никогда не будет.