
Сцена четвертая
Траппола (в лавке) и те же.
Траппола. Я здесь!
Д. Марцио. Поди сюда! Сходи к соседнему бриллиантщику, покажи ему эти серьги, — это серьги жены синьора Евгенио, — и спроси его от меня, стоят ли они десяти цехинов, которые я дал за них под залог.
Траппола. Я сейчас. Так это серьги жены синьора Евгенио?
Д. Марцио. Да, у него теперь ничего нет, с голоду умирает.
Траппола. И синьор Евгенио так уж всем и рассказывает про свои дела?
Д. Марцио. Я такой человек, что мне можно поверить всякую тайну,
Траппола. Ну, а я такой человек, что мне нельзя поверить ничего.
Д. Марцио. Отчего?
Траппола. Оттого, что у меня есть такой порок, что я все рассказываю очень свободно.
Д. Марцио. Дурно, очень дурно. Будешь много болтать, так тебе доверять ничего не станут.
Траппола. Вы же мне сказали, ну, и я могу сказать, кому-нибудь.
Д. Марцио. Поди посмотри, свободен ли цирюльник.
Траппола. Сейчас. (Про себя.) Выпьет на десять кватринов {Quattrinо — мелкая монета, почти 1/4 копейки. (А. Н. О.)} кофею, да и чтоб лакей ему был за те же деньги. (Уходит к цирюльнику.)
Д. Марцио. Скажи мне, Ридольфо, что делает эта танцовщица, ваша соседка?
Ридольфо. Право, не знаю.
Д. Марцио. Мне говорили, что ее содержит граф Леандро.
Ридольфо. Синьор, у меня кофей закипает. (Уходит в лавку.)
Входит Траппола.
