Хаббард. Я убежден, что за всю свою жизнь мистер Старкуэтер ни разу не потерял голову.
Чалмерс. Разве что, когда он за вами ухаживал.
Миссис Старкуэтер (с горечью). Ну, я бы и этого не сказала.
Конни (нарочито деловым тоном). Отец посовещался с компаньонами, затем передал дело на рассмотрение своим юристам; когда они доложили ему, что не нашли в маме ни малейшего изъяна, он сверился с записной книжкой и сделал предложение в первые же свободные полчаса.
Смеются.
И пока папа объяснялся в любви, он не меньше двух раз поглядел на часы.
Миссис Старкуэтер. Ну, тогда Энтони был еще не так занят.
Хаббард. Да, тогда он еще не правил Соединенными Штатами.
Миссис Старкуэтер. Уж не знаю, чем он там правит, но у него нет ни минуты свободного времени! Дела, политика — какое безумие! Безумие, дела и политика… (Замолкает, чтобы перевести дух, и видит накрытый к чаю стол.) Чай! Я бы тоже выпила чашечку. Конни, я выпью чаю, а если папа не приедет, мы отправимся домой. (Чалмерсу.) Где Томми?
Чалмерс. Поехал покататься с Маргарет. (Взглянув на часы.) Они сейчас вернутся.
Конни. Мама, вы не засиживайтесь. Мне еще надо переодеться.
Чалмерс. Ах да, еще этот прием! (Зевает.) Как бы мне хотелось сегодня полентяйничать!
Конни (Хаббарду.) Турецкий поверенный в делах… Никак не запомню, как его зовут! Такой комичный, просто ужас! Он сегодня дает обед в честь британского посла.
Миссис Старкуэтер (приподнимаясь со стула). Вот и Томми!