ФРУ ЛИННЕ. Что? Какой старик?
НОРА. Ах, никакой!.. Что он умирает, его завещание вскрыто, и там крупными буквами написано: «Все мои деньги получает немедленно и чистоганом любезнейшая фру Нора Хельмер».
ФРУ ЛИННЕ. Но, милая Нора, что же это за старик?
НОРА. Господи, как ты не понимаешь? Никакого старика и не было вовсе. Это просто одно мое воображение. Я просто тешила себя этим, когда не знала, где добыть денег. Ну да бог с ним совсем, с этим скучным стариком. Теперь мне все равно. Не нужно мне больше ни его, ни его завещания. Теперь у меня нет забот, Кристина! (Вскакивает.)О господи, какая прелесть! Подумать только: никаких забот! Не знать ни забот, ни хлопот! Жить себе да поживать, возиться с детишками! Обставить свой дом так красиво, изящно, как любит Торвальд. А там, подумай, не за горами и весна, голубое небо, простор. Может быть, удастся прокатиться куда-нибудь. Пожалуй, спять увидеть море! Ах, право, как чудесно жить и чувствовать себя счастливой!
В передней слышен звонок.
ФРУ ЛИННЕ (встает). Звонят. Мне, пожалуй, лучше уйти.
НОРА. Нет, оставайся. Сюда вряд ли кто придет. Это, верно, к Торвальду…
СЛУЖАНКА (в дверях передней). Извините, фру, тут один господин желает поговорить с господином адвокатом.
НОРА. То есть с директором банка, хочешь ты сказать.
СЛУЖАНКА. С господином директором. Но я не знаю, – ведь там доктор…
НОРА. А что это за господин?
КРОГСТАД (в дверях). Это я, фру Хельмер.
Фру Линне, пораженная, вздрагивает и отворачивается к окну.
НОРА (делая шаг к вошедшему, с волнением, понизив голос). Вы? Что это значит? О чем вы хотите говорить с моим мужем?