– Так как насчет игры? – повторил щедрый спутник.

– Я не умею, – в ответ прошептала она.

Иннокентий Альбертович посмотрел на нее снизу вверх и подмигнул.

– Может быть, мы сможем отыграть часть денег, отданных за кольцо? Ты не думай, я не жалею. Просто игра на деньги – это одна из форм бизнеса. Конечно, выигрываешь не всегда, но пробовать все равно стоит.

За следующие полчаса, сидя за крутящейся рулеткой, Ларецкий, по подсчетам Кати, проиграл еще около пятисот долларов. Всякий раз, когда крупье забирал со стола фишки, Иннокентий Альбертович смотрел на Катю. Изредка он шептал ей на ухо про ее ровненький нос и тонкие брови. Потом снова ставил деньги, проигрывал и опять шептал ей, что у нее красивые волосы, пухлые губки. Потом снова делал ставку. И опять лопаточка забирала со стола его фишки.

– Ты высокая. Ты худенькая, – бормотал он, изредка промокая капли пота на лбу.

– Может, стоит остановиться? – забеспокоилась Катерина, и тут он будто вынырнул из какой-то пучины. Глянул на кольцо и уперся взглядом в почти плоскую девичью грудь.

– Да, хватит, – он резко встал из-за стола и, взяв ее за руку, повел к выходу. – На сегодня хватит, да и поздно уже.

– Вы отвезете меня обратно к коттеджу?

– Конечно, зачем ты мне нужна?

Последнюю фразу он произнес неожиданно грубо, и удивленной Кате это не понравилось. Но что она могла теперь сделать?

«Ягуар» понесся к дому Николая, стоявшему на берегу Волги.

По расчетам Кати, они должны были уже подъезжать к дому, где она увидит Петра. Именно в тот самый момент, когда она мечтала о скорой встрече со своим парнем, машина резко свернула с дороги в сторону.