Дама. А!..

Старая дева. Весьма сожалею… А теперь я покажу вам письмо.

Дама. Как мило с вашей стороны! Я просто сгораю от нетерпения. Уинстон! Сиди прямо!

Муж почти уснул. Старая Дева вынимает из секретера маленький пакет и разворачивает его. В нем письмо.

Она протягивает письмо даме, которая хочет развернуть его.

Старуха. Осторожней! Осторожней! Эта женщина не должна разворачивать письмо.

Старая дева. Да, да, не разворачивайте его. Оно сугубо личное. Я подержу его перед вами на небольшом расстоянии, чтобы вы разглядели почерк.

Старуха. Только не слишком близко: она берет очки.

Дама поспешно опускает лорнет.

Старая дева. Вскоре после этого Байрон погиб.

Дама. От чего?

Старуха. Он пал в бою, защищая дело свободы.

Фраза произносится так громогласно, что муж вздрагивает.

Старая дева. Узнав, что лорд Байрон пал в сражении, бабушка моя удалилась от света и прожила всю жизнь затворницей.

Дама. Ой-ой-ой! Как это ужасно! Как это ужасно! По-моему, она поступила просто глупо.

Палка за занавеской яростно стучит об пол.

Старая дева. Вы не понимаете. Когда жизнь завершена, надо скрыться от людей. Это как в сонете: когда написана последняя строка, к чему продолжать? Продолжая, вы только испортите то, что уже сделано.

Старуха. Прочти им стихотворение – тот сонет, который твоя бабушка написала в память о лорде Байроне.

Старая дева. Вас это интересует?

Дама. Поверьте, мы будем в восторге!

Старая дева. Сонет называется «Очарование».

Дама (изобразив на лице восхищение). Ах!

Старая дева (декламирует).

Une saison enchantee! Тогда пьянила

Старуха. Не голубых, а золотых. Лазурно-золотых.

Старая дева.

…Я в сети дней лазурно-золотых.

Не знала я в ту пору грез беспечных, Что, чуть взойдет осенняя луна…

Старуха хриплым шепотом начинает вторить ей. Тихо вступает музыка.