Трэпленд. Будьте где-нибудь поблизости, мистер Снэп.

Судебный пристав уходит.

Входит управляющий и что-то шепчет Валентину.

Скэндл. Ах ты собака, а еще вино пил! Верни херес, который выпил! Принеси ему теплой воды, Джереми. А не то я сейчас распорю ему брюхо и в два счета доберусь до его совести.

Трэпленд. Вы невежливы, мистер Скэндл. Мне не нужен ваш херес, но как можно требовать назад то, что человек уже выпил?

Скэндл. А как можно требовать назад деньги, которые джентльмен уже прожил?

Валентин. Мне все ясно. Я понимаю, чего хочет отец. Его условия жестоки, но меня припирает нужда. Да, я согласен. Захватите с собой мистеpa Трэпленда, и пусть он выдаст вам расписку. Вы знаете этого человека, мистер Трэпленд, он вам вернет мой долг.

Трэпленд. Глубоко сожалею, что был так настойчив, да ведь нужда, знаете ли…

Валентин. Оставьте извинения, господин процентщик, сейчас вам все уплатят.

Трэпленд. Надеюсь, вы не сердитесь: такая уж у меня профессия…

Трэпленд, управляющий и Джереми уходят.

Скэндл. Он просил прощения, как палач у своей жертвы.

Валентин. Я хоть смогу перевести дух.

Скэндл. Да в чем дело? Ужель твой родитель смягчился?

Валентин. Ничуть не бывало. Он мне поставил жестокое условие, такое, что хуже не выдумать. Ты, верно, слышал о моем безмозглом брате, который три года назад отправился в плавание? Этот братец, как узнал мой батюшка, возвратился домой. А посему отец милостиво предлагает мне уступить младшему брату право наследования, а взамен готов немедленно выделить четыре тысячи фунтов на покрытие долгов и устройство моих дел. Он уже раз предлагал мне это, но я отказался. Однако нежелание моих кредиторов повременить и мое собственное нежелание сидеть здесь затворником в разлуке с Анжеликой заставили меня согласиться.