Сдержанно обмениваются поцелуями. Вдруг дикая страсть охватывает ее; она как безумная начинает целовать его; обняв ее, он отвечает ей тем же. Неожиданно Эбин — так же как недавно наверху, в своей комнате, — вдруг резко отталкивает ее. Он охвачен ужасом.

Абби (протягивает к нему руки, молит). Пожалей меня, Эбин. Не оставляй. Видишь, я не могу быть тебе только матерью. Любовь моя больше, чем материнская любовь. Во много раз больше. Ее так много, что мы могли бы быть счастливыми — ты и я…

Эбин (в глубину комнаты). Мама! Мама! Что ты хочешь? Что ты мне говоришь?

Абби. Она говорит, чтоб ты любил меня. Она знает, что я люблю тебя. Нам будет хорошо. Разве ты это не чувствуешь? Разве ты не знаешь? Она говорит, чтоб ты любил меня.

Эбин. Да, я чувствую… может быть, она… Но… почему же… Ведь вы заняли ее место, ее дом, сидите в ее комнате, где она…

Абби. Но она знает, что я люблю тебя!

Эбин (неожиданная догадка ошеломляет его. Улыбается зло и торжествующе). Я понял. Понял, почему… Она хочет отомстить ему. Тогда она будет отдыхать спокойно — там, в могиле.

Абби (дико). Все мы мстим друг другу! Она — ему, он — мне, я — тебе, ты — мне, мы — ему! И всем нам мстит бог! Я люблю тебя, Эбин. Бог знает, что я тебя люблю!

Эбин (бросается перед ней на колени, обнимает ее ноги). Я люблю тебя, Абби! С той минуты, как увидел тебя, я думаю только о тебе! Теперь я могу сказать об этом. Я люблю тебя…

Губы их сливаются в страстном поцелуе.

Картина четвертая

Раннее утро. Эбин выходит на крыльцо и направляется к воротам. Он в рабочей одежде. Что-то в нем изменилось. Выражение лица самодовольное, почти наглое, он смотрит на окно гостиной, усмехается. Когда он доходит до калитки, слышно, как открывается окно. В окне появляется Абби. Она заспанна, волосы в беспорядке падают на плечи, она с нежностью смотрит на Эбина, тихо окликает.