ПЕТР. У тебя мужик не курит, что ли?

АЛЯ. Не курит, что ли… Почему это?

ПЕТР. Пепельница чистая, новая. И запаха в квартире нету.

АЛЯ. И запаха в квартире нету… Что это на тебе куртка такая интересная? Дермантин, что ли?

ПЕТР. Ну да. Кожа натуральная.

АЛЯ.Ну да. Кожа натуральная?

ПЕТР. Конечно. Что ж я, не могу себе позволить, что ли? Тыщу она стоит. Не пять копеек. А?

АЛЯ. Вот эта вот?

ПЕТР. Вот эта вот.

АЛЯ. Две коровы на себя навздевал. И никакого вида нету. Что ж ты ее дома не держишь, а на работу носишь? Вещь ведь. Порвешь, плакать будешь потом, денег жалеть.

ПЕТР (смеется). Плакать я не умею. Плакать я не буду…

АЛЯ (улыбается). Плакать я не умею… Да птьфу твоя куртка и все. Птьфу, не стоит тыщу, обманываешь. Тьфу.

ПЕТР. Не плюйся.

АЛЯ. А чего?

ПЕТР. Чисто кругом.

Улыбаются друг другу.

АЛЯ. Откуда ж деньги у тебя такие?

ПЕТР. Заработал.

АЛЯ. А где жа такие платют?

ПЕТР. В одной шарашкиной конторе так платят.

АЛЯ. В какой именно это? Интересно?

ПЕТР. Ну… В местах не столь отдаленных.

АЛЯ (помолчала). В местах не столь отдаленных… Сидел?

ПЕТР. Почему это?

АЛЯ. Да что же это я, не вижу, что ли, слепая, что ли?

ПЕТР. Да, вроде, наколок у меня не видно?

АЛЯ. А причем тут наколки? Кто еще в кочегарке в нашей работать станет? Тут только алкаши и алкашки работали и работают всю жизнь. Либо – кто из тюрьмы. Такое место гнилое.

ПЕТР. Место, как место. Работать надо где-то. Кто-то должен ведь и в кочегарке работать. А мне нравится. Тихо, никто не командует.

АЛЯ. А ты свободу любишь? Чтоб тобой не командовали?

ПЕТР. А я свободу люблю. Век свободы не видать! (Тихо смеется).

АЛЯ. Гнилое тут место, гнилое…

ПЕТР. Место, как место.