Нармина сразу же отходит.

Б а д и р о в (продолжает телефонный разговор). Возможно, преувеличиваю. Возможно. Но несколько лет жизни у меня эти выборы отобрали бы, а они мне очень нужны самому… Нет, не пожалею. В конце концов, науку можно делать и без звания члена-корреспондента. Кандидатуру мою сними. Всего доброго. (Положив трубку.) Я всячески стараюсь избежать всей этой суеты. Работаю, получаю от работы удовлетворение, и на старости лет принимать участие во всех этих бурных событиях нет у меня ни желания, ни физических возможностей. Возраст, ребята, уже не тот, да и здоровье… А вы как думаете?

Н а р м и н а. Правильно сделали, что отказались! Надо и о себе хоть раз позаботиться.

З а у р. Я бы не сказал, что вы производите впечатление человека старого или больного.

Б а д и р о в (спокойно). Пятнадцать лет назад, после первого сердечного приступа, я дал себе слово избегать всего лишнего, что непосредственно не связано с моей работой.

Р а у ф (неожиданно для всех). Я бы ни за что не отказался. И для сердца от этого только польза была бы.

Б а д и р о в (улыбается). Вам этого еще не понять. (После паузы.) Не скрою, хотелось бы стать академиком, да не только этого хочется, если покопаться в себе… Но… (Развел руками.) Вернемся к нашему разговору. Так, значит, вы, Заур, и…

З а у р. Рауф Мамедов.

Б а д и р о в. Поедете на этот семинар. Проходить он будет в Международном молодежном лагере на берегу моря. Люди там соберутся интересные. Всего вам доброго. (Достал из папки конверт и протянул Зауру.) Пожалуйста. Мне кажется, вам надо развеяться. Не знаю, как у вас, но у меня после нашей последней встречи остался неприятный осадок. (Полувопросительно.) Теперь, кажется, все вошло в норму… Счастливого пути!

Заур и Рауф уходят.