– А если вы всерьез отнесетесь к моему предложению, звоните в любое время.
Роско Хейворд вовсе не собирался делать ставку на «Нортэм стил». После жестокого приговора, только что вынесенного Леонардом Кингсвудом, он никогда не согласится на это из самолюбия, хотя деньги и имели для него значение. А кроме того, он был преисполнен непоколебимой уверенности в том, что ему уготована главенствующая роль в «ФМА».
Вновь зазвонил телефон. Он снял трубку, и Дора Каллаган сообщила, что на проводе ещё один директор: «Мистер Флойд Леберр».
– Флойд, – начал Хейворд тихим, серьезным голосом, – с глубоким прискорбием извещаю вас о постигшем нас горе…
Глава 3
Не все покинули конференц-зал с той же поспешностью, что Роско Хейворд. Некоторые задержались в коридоре и тихо беседовали, потрясенные услышанным.
Алекс Вандерворт подошел к Эдвине и указал в сторону своего кабинета, находившегося рядом. Кабинеты руководителей банка располагались на том же этаже, что и конференц-зал, – на 36-м, в административной башне.
– Хочешь заглянуть ко мне на пару минут?
– Да, с удовольствием, – ответила она. Алекса и Эдвину связывала давняя дружба. И несмотря на то что Эдвина, возглавлявшая центральное отделение «ФМА», стояла на несколько ступеней ниже Алекса в банковской иерархии, он всегда держался с ней на равных, а в вопросах, касающихся её «вотчины», имел дело непосредственно с ней, минуя бюрократическую машину.
– Алекс, – поддела его Эдвина, – должна заметить, ты совсем отощал.
Добродушная улыбка осветила его гладкое, круглое лицо.
– Бросается в глаза, а?
Алекс Вандерворт был любителем вечеринок и приемов, знал толк в еде и винах. К сожалению, он быстро набирал вес. Периодически Алекс садился на диету, сейчас как раз был один из таких периодов. Словно по негласному соглашению, они нарочито избегали говорить о том, что сильнее всего волновало обоих.