И, право, иногда мне хочется скорей В пустыню убежать от близости людей.

Филинт

О боже мой, к чему такое осужденье! К людской природе вы имейте снисхожденье; Не будем так строги мы к слабостям людским, Им прегрешения иные извиним! И добродетельным быть надо осторожно Излишней строгостью испортить дело можно: Благоразумие от крайностей бежит И даже мудрым быть умеренно - велит. Суровость доблести минувших поколений Не в духе наших дней, привычек и стремлений. Где совершенство нам в угоду ей найти? За веком мы должны с покорностью идти, Безумье эта мысль, ее пора оставить Не вам, поверьте мне, заблудший свет исправить Я вижу множество, как вы, вещей и дел, Которых видеть бы иными я хотел. Но что бы ни было, не разражаюсь бранью И волю не даю, как вы, негодованью. Людей, как есть они, такими я беру; Терплю безропотно их жалкую игру. Иное ни к чему меня не привело бы. И, право, мне покой мудрее вашей злобы.

Альцест

Покоем, сударь мой, вы хвалитесь своим. Ужели ваш покой ничем не возмутим? А если б изменил ваш друг вам очевидно, А если б разорить старались вас постыдно, А если б гибли вы от клеветы людской, Все ненарушенным остался б ваш покой?

Филинт

На все, что будит в вас такое беспокойство, Смотрю спокойно я, как на людские свойства. И так же оскорбить меня бы не могло Увидеть у людей порок, и ложь, и зло, Как ястреба найти не странно плотоядным, Мартышку - хитрою, а волка - кровожадным.