Геннадий. Вы все меня женить хотите.

Подушкина. Суховат, подкормить прежде надо.

Звонок.

Ждешь кого?

Геннадий. Никого.

Подушкина уходит. В комнату входит Карташов. Это полнеющий уставший человек. Он не спеша сбрасывает макинтош, останавливается перед зеркалом, причесывает редкие, пушистые, с проседью волосы, поправляет «бабочку».

Карташов. Ах, Геннадий! Какое неудобство! Нет у тебя телефона!

Геннадий. Да вот, нет...

Карташов (показывая на модели). Как успехи?

Геннадий. Интерьер гостиной и спальни готов. Соединение дерева, металла и пластмасс.

Карташов (разглядывая, с пристрастием). Не слишком ли ярко?

Геннадий. По-моему, для глаза приятно.

Карташов. Не слишком ультра?

Геннадий. Практично. Материала вдвое меньше. Да и соответствует тому, что вы проектируете...

Карташов (махнув рукой). Да вот, проектируем... Но разве все угадаешь?

Геннадий (участливо). У тебя неприятности?

Карташов. Неприятности — это мягко. Полетел мой последний проект!

Геннадий. Куда полетел?

Карташов. В трубу! К черту в зубы! Выбирай любое место.

Геннадий. Что случилось?

Карташов. Случилось? Сначала... сначала украшательство. Били правильно! Украшательства нет. Правильно! Но пошли казармы — неправильно.

Геннадий. Правильно.

Карташов. Что — правильно? Я говорю — неправильно. Поняли. Все поняли. Разобрались. Основные принципы — экономичность и красота. Но все-таки красота? Так ведь?