Жан. Пардон! Прошу прощения.

Нина (вспыхивает). Вы осел! Вы… вы… надо же смотреть!..

Жан (виноватым голосом). Поверьте, я… (Хочет салфеткой смахнуть с платья вино.)

Нина. Идите к черту! Это возмутительно! Держать подобных кретинов в таком порядочном месте!

Господин без совести (достает из кармана платок и смахивает капли вина с платья Нины. Подошедшему Члену совета клуба). Я, собственно, не понимаю, как вы можете в таком клубе держать столь кошмарную прислугу?

Член совета клуба. Прошу прощения… Я сейчас же доложу обо всем господину председателю.

(Уходит.)

Редактор (Матковичу). Ну, что вы там сделали?

Маткович. Где?

Редактор. В игорном салоне.

Маткович (показывает деньги). Вот, полюбуйтесь. Избыток счастья может быть таким же недостатком в жизни, как и несчастье. В настоящий момент я страдаю от избытка счастья.

Редактор. То есть как?

Маткович. А вот так… Видите? Выиграл. Пошел, чтоб проиграть, ставил на карты, от которых все отказывались; играл без всякой осторожности, наперекор всем правилам, и вот полюбуйтесь – хотел проиграть двадцать тысяч, а выиграл восемьдесят. Это проклятое счастье просто преследует меня.

Редактор. Такое преследование можно только приветствовать!

Маткович. Да, но если судьба всякий раз навязывает вам то, в чем вы вовсе не нуждаетесь, чего вы не хотите и не желаете, разве это не означает быть преследуемым?

Господин без совести (проводив Госпожу, о которой много шепчут, к ее столику, подходит к Матковичу). Послушайте, господин Маткович, когда это вы успели подружиться с фортуной?