Редактор. Это письмо?

Маткович. Да, именно это письмо! Пока я переводил его, меня осенила идея, такая заманчивая и такая пакостная…

Редактор. Может быть, вы мне доверитесь?

Маткович. Да, конечно. Мне далее необходим помощник – доверенное лицо и репортер, а ведь и то и другое я могу найти в вашем лице.

Редактор. Вам нужен репортер?

Маткович. Да, черт возьми! Я решил писать хронику наших денй, а вы заполните первый лист вашей сегодняшней газеты. Берите бумагу и пишите: «В день юбилея великого ученого члены Элит-клуба, из которых ни один, включая и председателя, не имеет ни малейшего представления о заслугах юбиляра, тепло поздравили «нашего любимого» профессора. В своем ответном слове ученый прочел лекцию об этике. Собравшиеся на торжество выслушали его, танцуя танго и фокстроты». Напишите это, а потом по мере развития событий мы дополним наше сообщение.

Господин без совести (возвращается к столпившимся гостям). Господа! Небольшой скандал!..

Госпожа, о которой много шепчут. Говорите же, говорите скорее!

Госпожа с часами на подвязке. Я уже догадываюсь.

Господин без совести. Ничего подобного. Об этом вы даже не могли подумать.

Госпожа копия с Венеры. Да говорите же, ради бога, я сгораю от любопытства.

Господин без совести. Вы ведь знаете господина Штрассера – его недавно назначили вице-директором банка? Так вот, три месяца тому назад жена его бросила и… (Вздрагивает и закрывает рукой рот.)

Госпожа, о которой много шепчут. Да продолжайте же!

Господин без совести. Боже, представьте себе, в какую неприятную историю я мог попасть, чуть было не начав рассказывать о небольших скандалах нашего клуба в присутствии журналиста. Бог мой, кто знает, под каким сенсационным заголовком появилось бы это завтра во всех газетах.

Редактор. Не бойтесь, уверяю вас, я…

Господин без совести. Нет, нет! Маленький клубный скандал – это наши, так сказать, внутренние, семейные скандалы. Они не принадлежат обществу…