Последующие дни прошли в сутолоке и подготовке к визиту Хаммерштейнов. Наконец, настал день их долгожданного приезда. Сначала они приземлились на личном лайнере в Санкт-Петербурге, затем на вертолете направились в сторону Великого Новгорода.

Лена несколько нервничала. Все же ей придется сопровождать Эдуарда и его мамочку. Официальная программа начнется только на следующий день, а сегодня предстоит принять участие в торжественной встрече матери и сына Хаммерштейнов.

Меры предосторожности и охрана территории фабрики были многократно усилены. И все из-за того, что около высоченного забора, который ограждал русский филиал «Хаммерштейна» от всего остального мира, проходил несанкционированный митинг. К заводу подтянулись немногочисленные местные активисты коммунистической партии, представители анархистов, а также пикет «зеленых». Некоторые из защитников окружающей среды приехали из-за рубежа, дабы протестовать против агрессивной, по их мнению, политики концерна. Лена знала, что где-то в лабораториях проводятся опыты на животных, но это происходит во многих косметических гигантах, даже если те и отрицают факты вивисекции.

– Вот, посмотрите. – Лена в числе еще нескольких встречающих высоких гостей находилась в пункте охраны фабрики, где на экранах высвечивалась территория, прилегающая к «Хаммерштейну». Флаги, бодрые песни, плакаты с надписями «Убирайся домой, буржуй!», «Нет – убийству животных ради красоты» и «Сам сядь в клетку вместо подопытной крысы».

– Все под контролем, – уверил их шеф службы безопасности. – Они не проникнут на территорию завода, это полностью исключено.

– Надеюсь, – проронил глава филиала. – Учтите, будете отвечать головой за любой эксцесс. В Чехии в Эдуарда пытались метнуть торт чертовы антиглобалисты. У нас такого быть не должно. Вы же понимаете, Эдуард потом может сказать своему отцу, что у нас охрана никуда не годится. И мы все потеряем работу. Однако вы – в первую очередь, я позабочусь об этом лично!