Можно подумать, что распахнул ее порыв ветра, только никакого ветра нет и в помине. Гарри тут же вскакивает на ноги, убежденный, что в комнате есть кто-то, кроме него, и притом очень близко к его ножу. Гарри так точно себе представляет, где она находится, что минуту даже не смотрит в другую сторону. В этот момент дверь медленно закрывается. Как дверь закрылась, Гарри не видел, но он снова открывает дверь и кричит: "Кто здесь? Здесь кто-то есть?" С некоторым отвращением он выходит в коридор и дергает внутреннюю дверь, но заперта ли она, или же ее держат, только дверь не поддается. Гарри уже собирается убрать номе в карман, но вдруг, пожав плечами, с бравирующим видом, снова бросает его в деревянную стенку ящика: пусть возьмет, если хочет. Гарри возвращается к креслу, но не закрывает глаз: наблюдает он, наблюдают за ним. Комната подрагивает от желания приступить к своим ночным трудам, которые невозможно было довести до конца, пока не явился этот человек, чтобы завершить дело. Фигура Гарри гаснет и исчезает совсем. Когда туман рассеивается, мы видим комнату такой, какой она была годами тридцатью раньше, одним ясным вечером, когда началась вся эта тревожная история. Есть комнаты, которые словно бы все время улыбаются: можно увидеть, как они это делают, если подглядеть в замочную скважину; гостиная миссис Морланд - одна из таких комнат. Может быть, именно миссис Морланд и оставила повсюду эти улыбки. Она много чего оставляет повсюду; например, несложно вычислить ее фигуру, изучив край дивана, где миссис Морланд так любит посидеть вечерком; все платья ее так уподобляются владелице, что гардеробы миссис Морланд полны ее двойниками, висящими на гвоздях либо уложенными в ящики. Картины на стенах со временем тоже становятся похожими на миссис Морланд и на принадлежащие ей вещи, несмотря на то, что изначально изображали, скажем, водопад; каждый подарок, врученный ей, обретает ту или иную черту дарящего, и, без сомнения, галстук, что она в данный момент вяжет, очень скоро сможет сойти за того человека, которому предназначен.