Ему не с кем делиться, так он делится со мной. Я его должна утешать и давать советы, как быть с Валей Чулко. Ведь эта история длится уже больше года, она началась в тот незапамятный день, когда он наконец получил пропуск в плавательный бассейн. Бедняге надо было два раза в неделю вскакивать в шесть утра и ехать на другой конец города. Но он никогда не пропускал. Он говорил, что неудобно подводить инструктора. Вот этот инструктор и оказался Валей Чулко. Я увидела ее уже много позднее. Ничего, тоненькая такая, спеленькая, как фрукт. Фрукт – в смысле овощ. У меня это все запротоколировано в дневнике по числам. Когда мама прочитала дневник, пришлось вызвать неотложку…

Лямин. Что я должен сделать? Говори.

Люба. Мне надо ехать с ним. Я должна быть с ним рядом. Тогда, может быть, это пройдет.

Лямин. Вполне возможно. Я бы на твоем месте поступил именно так.

Люба. Да, ты прав.

Лямин. Так что?

Люба. Что – что? Мне нужен отпуск с завтрашнего дня.

Лямин. Это невозможно.

Люба. Мне полагается отпуск за этот год. Я требую только то, что мне положено.

Лямин. Хоть бы ты сказала пораньше.

Люба. Я специально отложила отпуск, чтобы ехать с ним одновременно. Я не виновата, что он вдруг взял сейчас.

Лямин. А я виноват?

Люба. Виновата Валя Чулко. Но это уж, как говорится, стихия, к ней можно только приноравливаться.

Лямин. Я только что дал отпуск Егорову. Если бы я знал, я бы дал не ему, а тебе.

Люба (рассеянно). Ну да, понятно. Тогда, конечно, нельзя…

Лямин. И вообще как-то странно. Помнишь, мы говорили: вот сейчас как раз бы и взяться, всем вместе. Так, наоборот, все отпрашиваются! Нет, Люба, нет. Надо найти какой-нибудь другой выход.

Люба (машинально). Я понимаю. Надо искать другой выход. И потом, что я там увижу нового? Как мой муж с Валей Чулко будет плавать наперегонки? (Направилась к двери.)