Баклушин. Покорно вас благодарю. (Берет стакан.)
Настя. Не знаю, хорошо ли я хозяйничаю. Право, так неожиданно. Сладко ли я вам налила?
Баклушин. Превосходно. Отличный чай, отличные сухарики.
Настя. Ах, нынче и погода какая! И все так… Не угодно ли вам еще?
Баклушин. Позвольте. (Подает стакан.)
Настя (наливая). Ах, как мне весело, что мой чай вам нравится. Мне так это приятно слышать от вас. (Подает стакан.) Не правда ли, у нас хорошо? Мы живем конечно, небогато, но зато тихо, покойно. Мне, право, здесь так весело.
Входит Елеся в жилете с сертуком в руках.
Явление седьмое
Анна, Настя, Баклушин, Елеся, потом Мигачева.
Настя. Никто нас не трогает, никто нам не мешает.
Елеся (вешает сертук на дереве подле стола и начинает чистить).
Настя (сконфузившись). Конечно, соседи у нас люди простые. (Елесе.) Елеся, вы бы дома сертук-то чистили. (Баклушину.) Но все нас так уважают.
Елеся. Очень нужно дома-то пылить.
Настя (почти сквозь слезы). А на нас-то зачем пылите! Отойдите по крайней мере.
Елеся. Ничего-с, кушайте чай, вы мне не мешаете.
Баклушин. А он чудак порядочный!
Настя. Не обращайте на него внимания, он малоумный.
Елеся. Уж и сертучок, Настасья Сергевна. (Надевает сертук.)