Арина Федотовна. Вы всегда, братец, обижаете…
Русаков (уходя с Маломальским). Потаскушка ты этакая! (Уходят.)
Явление восьмое
Арина Федотовна и Бородкин.
Арина Федотовна (садится, плачет, потом, поднявши голову). Ишь ты, разгулялся! Ругатель, обидчик, мужик необразованный!
Бородкин. А то вас не ругать! Что ж, хвалить, что ли, за этакие дела?
Арина Федотовна. И ты туда ж!.. Ах ты, дрянь бородастая! Молчал бы уж лучше…
Бородкин. Так что ж, небойсь, хорошо сделали!..
Арина Федотовна. Да вот как ни сделали, а тебе не досталось. Теперь ищите с батюшкой-то, а уж дело-то кончено; по крайней мере на своем поставили.
Бородкин. Как бы после не плакать.
Арина Федотовна. Не об тебе ли уж?.. Эко несчастие, скажите! Какого жениха упустили!.. Как не плакать!.. А посмотри-ка, как он завтра с ней прикатит, да взойдет-то этакой кавалер, так любоваться мило-дорого будет.
Бородкин. Хорошо, кабы вашими устами да мед пить. Я бы сам вчуже за Авдотью Максимовну порадовался.
Арина Федотовна. Да уж теперь не то, что прежде – и посмотреть-то на нее ты должен за счастье считать.
Авдотья Максимовна входит держась за дверь и молча садится к столу. Арина Федотовна и Бородкин смотрят на нее в недоумении.
Явление девятое
Те же и Авдотья Максимовна.
Авдотья Максимовна. Господи! измучилась… Ну, слава богу, теперь, по крайней мере, я дома…