Игнатий ( холодно ). В следующий раз то же самое. ( Оборачивается к Кире ). Садитесь.
Кира села за инструмент, раскрыла партитуру «Ромео и Джульетты». Заиграла свободно, талантливо. Игнатий слушает, прикрыв глаза, запрокинув голову. Лариска вросла глазами в его профиль.
Игнатий ( хлопнув в ладоши ). Попробуйте в этом месте сыграть наоборот.
Кира . Как?
Игнатий . Играйте любовь, как смерть. А смерть – нежно. Как любовь.
Кира . Почему?
Игнатий . Потому что любовь всегда сильнее человека. А смерть – иногда – инъекция счастья.Кира перевернула несколько страниц обратно. Стала играть. Игнатий подтащил свой стул к роялю. Стали играть в четыре руки. Казалось, музыкальный класс был наполнен любовью, как смерть, и смертью, как любовь. Лариска сидела потрясенная и отверженная. Зазвенел звонок. Игнатий тут же поднялся и ушел. Кира и Лариска выходят на улицу. Лариска заплакала.
Лариска . Дура.
Кира . Почему?
Лариска . Только в своей музыке и понимаешь… А ты заметила, как он смеется, как будто произносит букву «т». Т-т-т-т…
Кира . Отстань!
Лариска . Виски у него впалые и стройные, как у коня. Он похож на обросшего, выгоревшего за лето беспризорника.
Кира . На императора, на коня и на беспризорника.
Лариска . А как ты думаешь, я ему хоть немножко нравлюсь?
Кира . Нравишься, нравишься…
Лариска . А с чего ты взяла?
Кира . Вижу.
Лариска . А как ты это заметила?
Кира . Он бронзовеет.Остановились возле памятника старины.
Лариска . Какой молодец!!!
Кира . Кто?
Лариска . Тот, кто это построил. Он ведь его не себе построил, а нам.
Кира .