Министр

Да, вот она, дорога! Мужчины делаются тихими от ужаса, а женщины – грозными. Позволите представить вам красу и гордость королевской свиты – первую кавалерственную даму.

Дама

Боже мой, как давно не слышала я подобных слов!

делает реверанс

Очень рада, черт побери.

представляет хозяйке

Фрейлины принцессы Оринтия и Аманда.

фрейлины приседают

Простите, хозяйка, но я вне себя! Его окаянное превосходительство министр-администратор не дал нам сегодня пудры, духов келькфлер и глицеринового мыла, смягчающего кожу и предохраняющего от обветривания. Я убеждена, что он продал все это туземцам. Поверите ли, когда мы выезжали из столицы, у него была всего только жалкая картонка из – под шляпы, в которой лежал бутерброд и его жалкие кальсоны.

министру

Не вздрагивайте, мой дорогой, то ли мы видели в дороге! Повторяю: кальсоны. А теперь у наглеца тридцать три ларца и двадцать два чемодана, не считая того, что он отправил домой с оказией.

Оринтия

И самое ужасное, что говорить мы теперь можем только о завтраках, обедах и ужинах.

Аманда

А разве для этого покинули мы родной дворец?

Дама

Скотина не хочет понять, что главное в нашем путешествии тонкие чувства: чувства принцессы, чувства короля. Мы были взяты в свиту, как женщины деликатные, чувствительные, милые. Я готова страдать. Не спать ночами. Умереть даже согласна, чтобы помочь принцессе. Но зачем терпеть лишние, никому не нужные, унизительные мучения из-за потерявшего стыд верблюда?

Хозяйка

Не угодно ли вам умыться с дороги, сударыни?

Дама

Мыла нет у нас!