Мариша к этому времени и сама поняла, что они с Юлькой наткнулись на чье-то тело. И судя по тому, как равнодушно воспринял этот человек их бесцеремонность, бедняге было совсем худо.
– А чем это так странно пахнет? – спросила Юлька, втянув в себя носом сладковатый запах.
Мариша уже давно поняла, в чем тут дело, но молчала, чтобы не волновать подругу. Впрочем, Юлька все равно разволновалась.
– Мариша, это же кровь! – прошептала она. – Тут весь пол в крови! И твои руки! Ой, мамочки! Мне плохо!
– Только не вздумай падать в обморок! – строго сказала Мариша. – Сама же сказала, тут повсюду кровь! Испачкаешься!
Мысль о том, что она будет валяться в чужой крови, мигом отрезвила Юльку. В обморок падать она передумала. И даже сумела взять себя в руки.
– Фонарик мы с собой не захватили, – посетовала она, ставя огнетушитель на пол и вытаскивая мобильник, в который тоже был вмонтирован слабый фонарик. – Но хоть что-то увидим.
Тусклого света хватило как раз на то, чтобы разглядеть лицо лежащего человека.
– Это Кураев! – прошептала Юлька.
– И он не дышит, – мрачно произнесла Мариша, которая и без фонарика уже поняла нехитрую истину.
А именно, что судьба в очередной раз подбросила на ее пути свеженький труп.
– А что это у него тут за бумажка? – произнесла Юлька.
Но Мариша была в такой скорби, что даже не повернула головы в сторону подруги. Ну почему все у нее в жизни так ужасно? Что стоило этому Кураеву преставиться где-нибудь в другом месте или в другое время? Ведь должен же был понимать, что приглашенным им девушкам будет неприятно, когда они наткнутся на его еще совсем теплый труп? И как раз в тот момент, когда Мариша скорбно обдумывала, за что же ей такая доля, что даже собственного мужа разыскать, не вляпавшись в убийство, она не может. Теперь-то ясно, что неприятности еще только начинаются. И действительно, на лестнице, ведущей в мансарду, раздались быстрые шаги. Затем подруг осветил мощный свет фонаря и чей-то голос крикнул: