Второй милиционер – тот, что в немалом чине, – указал на него.
– Что это такое?
– Понятия не имею… – пробормотала Таня. – В первый раз вижу… Это не мое…
– Значит, не ваше, – хмыкнул он и обратился к напарнику: – Будем оформлять.
А дальше все завертелось – потрясенная Таня даже не успевала следить за событиями. Рядом появился мужик в кожанке, по виду – еще один мент. Возникли откуда-то и двое гражданских – муж и жена средних лет. Они опасливо поглядывали на Таню и внутрь багажника.
– Внимание, понятые, – произнес, обращаясь к ним, майор. – Производится выемка наркотического средства.
Он надел перчатки и достал из багажника сверток. Затем, держа его в руках, взрезал ножом. Из пакета высыпалась толика белого порошка. Мент сунул в порошок мизинец. Лизнул его. Удовлетворенно произнес:
– Героин. – И добавил, взвесив сверток на ладони: – Явно – особо крупный размер. Готовим протокол изъятия и задержания.
И тут же третий мент – тот, что в штатском, – схватил Таню за руки, завернул их за спину – и не успела она даже охнуть, как на ее запястьях защелкнулись наручники.
Ошеломленная Таня не могла понять, что происходит. Все, что она сумела, – это выкрикнуть:
– Сверток не мой! Мне его подбросили!
– Все так говорят, – удовлетворенно молвил майор и, больно схватив девушку за локоть, препроводил ее к патрульной машине.
Затем, толкнув за шею, усадил Садовникову на заднее сиденье милицейского «Форда». Там помещался второй штатский, – на которого она чуть не упала. Штатский подвинулся и даже помог ей усесться.
А еще через минуту рядом с нею плюхнулся мент в кожаной куртке. Сержант уселся за руль, и авто сорвалось с места.
Таня заплакала.
Она не различала дороги, не видела, куда ее привезли.