Тарам. Ты говоришь, что тридцать лет назад ваши народы, изничтожая друг друга, погубили двадцать миллионов людей. А сейчас, сегодня, сию минуту, они опять убивают друг друга?
Пилот. Да. Уже около двадцати миллионов убитых и в этой войне, а ведь она еще не кончилась…
Тарам. И первая ничему вас не научила? И никаких выводов из предыдущего множества войн и всех этих кровавых побоищ?
Пилот (беспечно). Нет, почему же, кое-какие выводы сделаны. Например, мы научились тому, как убивать наиболее эффективно. Война стала у нас процветающей наукой.
Тарам. Расскажите поподробнее…
Пилот. И я снова пустился в рассказ. Удивление и даже изумление на лицах моих слушателей лишь подзадоривали меня. Кончив, я сел на свое место, очень довольный. Все молчали. Затем поднялся Тарам…
Тарам.
Созрела ночь.
Луна ушла за горы.
Не время ль расходиться по домам?
Мы с провожатыми отправим гостя.
А весь совет прошу остаться здесь.
Пилот. Мне показалось странным, что вечер, начавшийся столь непринужденно, завершился таким образом. И почему мне следовало уйти под конвоем? Ведь до сегодняшнего дня об этом не было и речи. Но еще больше удивил меня поступок Чарго. Перед тем как уйти, я направился к Аре, чтобы пожелать ей спокойной ночи. А Чарго преградил мне путь под предлогом какого-то вопроса, совершенно бессмысленного, заданного – я уверен – лишь для того, чтобы задержать меня. И когда я отвязался от него, Ары уже не было в комнате…