ОФИЦИАНТКА. Ты как с дерева свалился. Против него все наши городские власти.

ЛЕНЯ. А зачем тогда им я?

ОФИЦИАНТКА. А зачем им всегда такие безмозглые дураки.

ЛЕНЯ. По-моему, это ты звезда в «Кто тупее», а не я. Как это кулаком — и не сильно?

ОФИЦИАНТКА. Потому что тот, кому публично дали по лицу, никем никогда уже всерьез восприниматься не будет. Ты отказался?

ЛЕНЯ. Я уже деньги взял.

ОФИЦИАНТКА. Поздравляю. У нас с тобой все кончено.

ЛЕНЯ. Обожди ты! Твой Белан сто раз говорил, что мы сейчас без совести и чувства долга. Я ему поверил и не буду ничего выполнять.

ОФИЦИАНТКА. Молодец! Дай я тебя поцелую. (Целует и кричит.) Гена, закрывай кормушку. У меня отгул. Я в наш Капитолий, там сегодня заседание этой комиссии. (Официантка и Леня уходят.)

Входят Михейчик и Ирина.

ИРИНА. Ну, как дела?

МИХЕЙЧИК. Две новости: одна плохая, другая очень плохая.

ИРИНА. Ну?

МИХЕЙЧИК. Результаты голосования. Из трехсот пятидесяти шашек только две черные. Догадайся с одного раза, чьи это.

ИРИНА. А очень плохая?

МИХЕЙЧИК. Белан через полгода станет молодым папой.

ИРИНА. Почему же это очень плохо? Ну, а насчет комиссии?

МИХЕЙЧИК. Все, как заказывали, мэм. Он нарушил два золотых правила на тиви: не трогай евреев и голубых. Теперь все просто так не успокоится.

ИРИНА. А где это у него было про голубых?

МИХЕЙЧИК. Не думай, что только ты такая запасливая. Другие тоже владеют чистописанием. Как-то одна дура его спросила: а правда ли, что вы голубой? Он ответил: я надеюсь, что это счастье у меня еще впереди, дайте мне сначала с женщинами как следует разобраться.