Фанни. Знаю. Не брани меня. Мне нужно было сказать ему очень важную вещь.
Граф. Я посажу его рядом с тобой.
Фанни. Да, пожалуйста, папа. Ох, я надеюсь, что все сойдет хорошо.
Граф. Да, милочка, конечно. Идем!
Фанни. Один вопрос, папа, пока мы одни. Кто такой Стагирит?
Граф. Стагирит! Неужели ты не знаешь?
Фанни. Понятия не имею.
Граф. Стагирит — это Аристотель. Кстати, не упоминай о нем в разговоре с мистером Тротером.
Идут в столовую
Действие первое
Дом в Дэнмарк-хилле
Гилби (скрежеща зубами). Нечего сказать, веселенькая история. Это… черт…
Миссис Гилби (перебивает). Пожалуйста, не продолжай. Что бы там ни случилось, руганью все равно не поможешь.
Гилби (с горечью). Да, конечно, сваливаешь, по своему обыкновению, вину на меня! Заступаешься за своего сына! (Падает на стул против нее.)
Миссис Гилби. Когда он ведет себя хорошо, он — твой сын. Когда плохо — мой. Ты что-нибудь узнал о нем?
Гилби. Не хотелось бы говорить тебе.
Миссис Гилби. Ну так не говори. Должно быть, его нашли. Это, во всяком случае, утешительно.
Гилби. Нет, его не нашли. Мальчик, может быть, лежит на дне реки, а тебе и дела нет! (Слишком взволнованный, чтобы сидеть спокойно, встает и мечется по комнате.)
Миссис Гилби. А что это у тебя в руке?
Гилби. Я получил письмо от монсеньора Грэнфела из Нью-Йорка. Он порывает с нами. Не желает поддерживать знакомство. (Злобно поворачивается к ней.) Веселенькая история, не правда ли?