Ашраф ощутил озарение. Он припомнил недавнее сообщение из Москвы: некую чушь о пьяном прапорщике и ядерной ракете в центре Москвы. Ерунда, конечно… Но и на чушь иногда следует обращать внимание. Возможно, это его шанс!

Сообщение Зураба определило ответ. Мысли упорядочились, сознание прочистилось. И Ашраф сформировал идею:

– Это будет ракетно-ядерный удар. И нанесен он будет с территории бывшего противника США!

– Вы с ума сошли! Какая страна рискнет нанести ядерный удар по Америке? Китай, Северная Корея или Пакистан? – недоверчиво нахмурился посланник. – Для них это стало бы самоубийством. Нет, на это не пойдет ни одно, правительство, ни за какие деньги. Кстати, о какой стране вы говорите?

– Пуск ракеты будет произведен из России! – с возникшей твердостью в голосе и наигранным пафосом сообщил Ашраф. Он чувствовал приближение своего звездного часа. – Из Москвы!

Абу-Нидаль силился понять: радоваться ему этой безумной идее или огорчаться оттого, что человек, на которого возлагались надежды, не оправдал их, оказался авантюристом, занимающимся пустым прожектерством. Возможно, не стоило тратить время и деньги на встречу с ним.

– Поясните вашу мысль, – как никогда серьезно произнес Абу-Нидаль.

– Мой агент в России вышел на человека, располагающего данными о наличии в Москве секретной шахтной установки с межконтинентальной баллистической ракетой. Нет сомнений, что она нацелена на Америку. По нашим данным, ракета имеет ядерную боеголовку с разделяющимися частями, – раскрыл карты Ашраф. – До принятия решения контакты с информатором заморожены.

– Кого он завербовал? – восхищенно спросил Абу-Нидаль, подразумевая фигуру не меньше генерала или офицера Генштаба.

– Бывшего прапорщика, работавшего в той шахте, – пояснил Салим.

– А если это приманка русской контрразведки? – насторожился посланник дядюшки Бена. – Не слишком ли просто?