ДИРЕКТОР. Не то, что надо, лепит.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Так, значит, хороший он?

БАБУШКА. Хороший.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Ну, тогда я не знаю, Олег Петрович, как с ней разговаривать. Вы в школе-то, милая моя, когда последний раз были?

БАБУШКА. Дак у меня ноги...

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Что ноги?

БАБУШКА. Дошла еле.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Раз ноги, чего же было опекунство брать. Я, Олег Петрович, поражаюсь, как вообще ей позволили. Куда глядели. Это же, милая моя, ответственность громадная.

БАБУШКА. А куда ж его?

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Этого вот только не надо. У нас государство, слава богу, все условия создало. А такие, как вы, этого до сих пор понять не могут. И самодеятельностью всякой занимаются. А итог вот. (Показывает на Максима.) Вот он итог — наркоманы, подонки и вообще всякие отбросы.

БАБУШКА. Да ты...

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Вы мне не тыкайте. А то так тыкну...

ДИРЕКТОР. Людмила Ивановна, полегче.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Да куда с ними полегче! Его сажать надо давно. И ее заодно.

МАКСИМ. Ты, курица, заткнись, а!

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Как?!

МАКСИМ. Затухни, короста!

ДИРЕКТОР. Максим. Максим.

МАКСИМ. Че Максим, ептыть?!

БАБУШКА. Максима.

МАКСИМ. Пошли отсюда, ба. Че эту жабу слушать. Или пускай она валит.

ЛЮДМИЛА ИВАНОВНА. Видала, да! Вот кого ты воспитала!

МАКСИМ. Заткнись, сука! (Схватил со столика вазу.) Бошку щас проломлю!