Он не боялся войны, как всякий горец, и потому мог во время войны даже позволить себе игру… Он представлял себе, что жили когда-то на Земле и люди, и динозавры. И динозавры могли бы раздавить всех людей, если бы сумели. Но победили люди. Они не такие слабые, какими кажутся. И Астамир представлял себя человеком, борющимся с динозаврами. Когда думаешь, что не в самом деле воюешь, а играешь, бой вести легче. Кажется, что любой эпизод можно будет потом оспорить или переиграть. Тогда и быть убитым не боишься…

– Два грузовика, как обычно, и один «динозавр»… – доложил Астамир. – «Динозавр» идет первым…

– Какой? – спросил отец.

– Бронетранспортер… «Восьмидесятка» – движок дизельный…

Дизельные двигатели, которые по звуку можно отличить от бензиновых, ставят только на более современные БТР-80. На стареньких БТР-70, привычных Умару Атагиеву еще по Афгану, стоят два бензиновых движка, каждый на две колесные оси. Сын все это собственными стараниями и стараниями отца знал прекрасно.

– Накладка, значит, вышла… – сказал Умар. – Вместо БМП идет БТР…

Знал разницу между БТРами и БМП даже эмир. И потому сразу отреагировал:

– Руслан… – позвал Мовсар минера. – Смотри внимательно. Если на БТРе сетка, взрываешь его… С машинами и так справимся… Они на этой дороге не развернутся…

– Понял, эмир…

Руслан сидел за большим камнем, готовый сжать пальцами два провода, чтобы замкнуть контакт электрического взрывателя фугаса, установленного под камнем у дороги. Аккумулятор стоял здесь же, рядом, и использовался минером в качестве подставки для локтя. Руслан любил небрежные позы, когда производил взрыв, бравировал этим, сам перед собой и перед другими «рисуясь», и уж локоть обязательно всегда на аккумулятор ставил. Так, словно он с великим комфортом воевал…

– Завгат, ты в этом случае переключайся на последний грузовик… Если сетки не будет, все по первоначальному плану…