ДАГОБЕРТ. Король очарован змеиным взором Альдонсы и спит на ступенях. Королева Ортруда одна. Судьба благоприятствует мне.

Тихо уходит в королевскую опочивальню. Входят поэт и дама.

ПОЭТ. Нам попался очень хороший извозчик.

ДАМА. Да, он ехал очень быстро. Ветер шумел в ушах, и замирало сердце. Но он странный. Точно мертвый сидел. Господин поэт, куда он нас завез? Здесь тихо, темно и неподвижно.

ПОЭТ. Это — кабачок. Но извозчик мне нравится. В стихотворении, которое я напишу об этой поездке, я назову его тройкой.

ДАМА. На вашем месте, господин поэт, я назвала бы его автомобилем.

ПОЭТ. Нет, моя госпожа, лучше тройка. И я нашел к этому слову хорошие рифмы.

ДАМА. Какие, господин поэт?

ПОЭТ. «Чародейка» и «водка».

ДАМА. Это хорошие рифмы, господин поэт.

ПОЭТ. Но мне нравится только первая. А к слову «автомобиль» нет таких хороших рифм.

ДАМА. А может быть и есть.

ПОЭТ. Какая рифма?

Слышен бесстрастный голос:

— Смерть.

ДАМА. Вы слышали?

ПОЭТ. Слышал. Кто-то спрятался и шутит.

ДАМА. Кто-то сидит на ступеньках.

ПОЭТ. Это швейцар.

ДАМА. Господин поэт, вы близоруки. Посмотрите хорошенько, это — король.

ПОЭТ. Моя госпожа, вы ошибаетесь: короли не сидят на ступеньках.

ДАМА. Может быть, вы правы, господин поэт. Но здесь скучно и страшно.

ПОЭТ. Мы выпьем вина и поужинаем.

Обращаясь в пространство, к партеру, зовет: