Софтли. Уж позволь тебе возразить, кузен: ты понятия не имеешь, до чего нелегко управлять женщиной выдающегося ума!

Уиздом. А плевать мне на ее ум! Зато я знаю, что такое добродетельная жена. Видать, я – единственный человек в столице, который умеет удержать жену дома!

Софтли. Не пеняй мне, кузен, тем, что жена моя не сидит дома: ведь если она куда и отлучается, так только в самые лучшие дома. А что касается добродетели, то недаром мою супругу зовут Лукреция, сударь. Она – вторая Лукреция

Уиздом. Что ж, охотно тому верю. Однако пусть твоя щепетильность не будет мне помехой в этом деле. И позволь тебе заметить: ты пожалеешь, если не воспользуешься моим планом. Если ты допустишь, чтобы жена узнала твою тайну, вряд ли кто назовет тебя вторым Соломоном
Явление седьмое

Уиздом, Софтли, констебль, Сниксби, клерк, слуги.

Слуга. Пришел констебль с арестантами, сэр.

Софтли. Введи их. Ради вас, кузен Уиздом, я готов поступиться и законом и совестью.

Констебль. Входите, джентльмены, и занимайте места.

Входят Рейкл и Риск.

Софтли. Это и есть те самые молодцы, мистер констебль, что ворвались прошлой ночью в дом мистера Уиздома?

Констебль. Так точно, с позволения вашей милости.

Риск. Мы и есть те самые подлецы, с позволения вашей милости.

Уиздом. Этого парня можно допустить в свидетели против другого.

Риск. Я обвиняю его в уголовном преступлении.

Софтли. Где мой секретарь? Мистер Сниксби, приведите этого парня к присяге.

Риск. Да простит меня ваша милость, только во мне проснулись угрызения совести. Слыхал я, что вы любите нанимать разных мошенников показывать друг на дружку, да не больно-то любите с ними расплачиваться. Посему, коли у нас с вами такого же рода дельце, я предпочел бы, чтобы мне уплатили вперед.

Софтли. Что он тут мелет, этот болван?

Уиздом. Может, мы обойдемся без его показаний? Вот бумаги, найденные в кармане у обвиняемого. Стоило мне заглянуть в одну из них, и я понял, каким способом они действуют.