Бородач (проявляя первые проблески интереса к беседе). Так значит, он — незаурядный человек?

Юля. Это ничего не значит. Я его чем дальше, тем больше боюсь. Научный сотрудник обернулся бизнесменом, купил мне квартиру, приезжает три раза в неделю, а остальное время занят делами. Какими делами, как называется фирма, где у него офис — он не говорит, а я уже не спрашиваю. И что тут спрашивать, когда он пообещал, если я уйду от него к другому, убить всех нас, а потом покончить с собой. Так и мучаемся, как два висельника в одной петле. Стоит кому-то дернуться, и конец.

Бородач (пуская дым). Петля? Тоже выход из ситуации. Сгорать, так дотла, а терять — так абсолютно все.

Юля. А разве можно взять и все потерять?

Бородач. Вы как будто в другом измерении живете. Сегодня люди сплошь и рядом теряют то, чем они в реальности и не владели никогда…

Смотрит ей в лицо. Пауза.

Бородач. Но сейчас у меня такое подозрение, что я нашел что-то давно утраченное.

Юля (вглядываясь в его лицо). Я тоже вас где-то видела. Или это мне кажется, будто мы с вами пересекались где-то. (Затушив сигарету.) Спасибо! (Идет к своему купе, но, уже взявшись за ручку, бегом возвращается назад.) Послушайте, если вы мне не поможете, я точно погибну! Пойдемте, расскажите, как потерять навсегда свое прошлое. Только тихо, ребенок спит.

Уводит Бородача в купе.

Появляется Кракс и пробирается в голову вагона.

Кракс (Проводнице). Ну, что, хозяйка? Завариваешь чай?

Проводница. А-а, не долго высидели, родимые? Я ж вам говорила!.. Не пужайтесь, соколы, не обнесем!. И чай у нас есть индийский, и кофе растворимый, и цукер украинский, и печенье датское. Тебе что конкретно, хороший?

Кракс (Брезгливо смотрит на посуду). Это тоже одноразово-многогократного пользования? (Безнадежно махнув рукой.) Два кофе — только без цукера…