ХУАН. Один раз я это уже слышал.

МИХО (снисходя к непонятливости собеседника). Я молодой поэт. А молодому поэту пробиться невозможно. В Испании издают не стихи, а имена! Нужны деньги - у меня их нет, или протекция - у меня ее нет...

ХУАН. Или?

МИХО. Я подумал: если в честном поединке я убью знаменитого человека, про меня узнает вся Испания. Я получу имя! Да через три месяца я стану самым популярным поэтом страны!

ХУАН. Извини, что нарушил твои планы.

МИХО. Вы мне понравились. Я рад, что вы остались в живых.

ХУАН. Постой. А если бы честный поединок закончился по-другому? Если бы я убил тебя?

МИХО. Это было бы вообще идеально. Для поэта лучший способ пробиться - умереть молодым. Представляете: я гибну смертью героя, Кончита трезвонит о нашем поединке на весь белый свет...

ХУАН. А если она промолчит?

МИХО. Промолчит? Вы не знаете женщин, сеньор Хуан.

ХУАН. А зачем тебе слава? Ты же будешь мертв.

МИХО. Сеньор Хуан, я поэт.

ХУАН. Забавно... Прошлой ночью я скакал в горах и вдруг подумал: а ведь стоит лошади оступиться... Пропасть, камни - и полный покой. На веки веков покой... Но не в твои годы, парень. Двадцать лет - не возраст для покойника... Ну, где там твоя шпага?

МИХО. Да где-то тут. (Поднимает шпагу.)

ХУАН. Ну?

МИХО. Сеньор, не понимаю.

ХУАН. Чего ты стоишь? Принимай позу. Как ты там выразился - Защищайся, негодяй? Ну? Прекрасный текст, ори громче.

МИХО. Что вы придумали, сеньор?

ХУАН (помахивая шпагой). Работай, работай, работай!

МИХО. Сеньор, вы что?

ХУАН. Ты же хотел драться. А сейчас хочу я. Ты трижды назвал меня негодяем. Давай, парень.

МИХО. (садясь). Сеньор Хуан, вы мне понравились. Я лучше извинюсь.

ХУАН. Да ты, оказывается, трус!

МИХО. Вы просто раздражены. Я не обижаюсь.