Телекомпании нужно продолжение сюжета, не вижу причин его им не дать. Но Микки Ноксу я этого не скажу. Я заставлю его думать, что щекотливый вопрос о нем зависит именно от этого интервью. Когда я рассказал Вудди и тому кто над ним, о таком же плане на него, они в хренову кирпичную стену превратились. Я беседовал с кирпичной стеной. Они хотят расширить хронометраж программы до часа, и хотят этого немедленно.

РОДЖЕР. Настолько «немедленно», что «незамедлительно»?

УЭЙН. Выпуск на следующей неделе.

Команда Уэйна дружно брызжет слюной и шампанским.

РОДЖЕР. У нас не хватит материала на часовой репортаж.

СКОТТ (указывая на Роджера). Он дело говорит.

УЭЙН. Первый сюжет – насилие и грабеж, всего-то последовательность изменить. Сукины дети по ту сторону экрана ничего и не заметят. Все это дерьмо только дополнит интервью. Мы возьмем новый ракурс. Первым сюжетом покажем немного старого материала, экскурс в историю о Микки и Мэйлори. Мы представим новый угол зрения… чем на самом деле является департамент тюрем. Мы посмотрим часть нового дерьма, и потом, остаток шоу – интервью. Ну так и чего же тут такого охрененно сложного? Пометь, Джули: мне нужен Вудди, пусть даст мне тридцать секунд в «Живьем в Пять» – проанонсировать шоу на следующей неделе. Когда мы будем прорабатывать Микки, то вещать станем прямо из тюрьмы.

Непослушная Джули выводит каракули в блокноте. Уэйн хлопает Скотта по плечу.

УЭЙН. И ты Скотт, Бетакам и удлинитель держи под рукой.

СКОТТ, сосредотачиваясь, закрывает глаза, повторяет слова Уэйна.

СКОТТ. Бетакам с удлинителем и двусторонний переходник. Усек. (открывает глаза) Насчет интервью… Какую камеру Вы хотите использовать?

Теперь Уэйн закрывает глаза.

УЭЙН. Посмотрим… высококонтрастную, шестидесятимиллиметровую черно-белую, и я говорю «черно-белую», где черное – черное, а белое – белое. Это для шику, такое зашибенное видео. Фильм! Фильм! Фильм!