РАССЕЛ. Амммм, Микки пистоллеро сэвви в судебном процессе, позволю себе перефразировать Мелвина Белли. Он подобен могущественному свободному орудию, ведет шквальный огонь по прорехам судопроизводства. И мне не терпится…

ВОЗВР. К: Длинноволосые парни, Чак, Джеф и Стив ведут беседу с Уэйном.

УЭЙН. Вы говорите так о мужчине и женщине, которые убивали невинных людей.

СТИВ. Не поймите нас неправильно…

ЧАК. Мы уважаем человеческую жизнь в принципе.

ДЖЕФ. Это трагедия.

СТИВ Но… если бы я был серийным убийцей, кем я не являюсь, но уж если бы был, то был бы как Микки.

СМЕНА ПЛАНА: Уэйн беседует с МАРВИНОМ, чернокожим.

МАРВИН. Они как та тронутая мамаша, в первой части Грязного Гарри. Помните ту хитрожопую тронутую мамашу? Они такие же. Микки и Мэйлори совершили столько всякого хладнокровного дерьма. Когда я слышу, какую-нибудь пургу, что несут про них по ящику, то говорю «Проклятье, что это еще за (БИИП)»

ВОЗВР. К: Две девушки, Моргана и Пэйдж в беседе с Уэйном.

ПЭЙДЖ (смеясь и краснея). Мы сидим в зале суда дни напролет и стараемся поймать взгляд Микки.

СМЕНА ПЛАНА:

ВНУТРИ ТРЕНАЖЕРНОГО ЗАЛА

Уэйн сидит в спортзале. КАЧКИ надрываются прямо за ним. Их ХРЮКАЮЩИЕ посапывания являются звуковым фоном. Уэйн смотрит вверх, НЕМНОГО НЕ В КАМЕРУ а больше на людей, у которых берет интервью.

УЭЙН. Что вы можете сказать о Микки и Мэйлори?

ОЧЕНЬ КРУПНЫЙ ПЛАН на САЙМОНа и НОРМАНа ХАНов, двух братьев-бодибилдеров, в кадре только их головы.

САЙМОН. Я ими восхищаюсь

НОРМАН. И я, я тоже.

УЭЙН (смущен). Но как вы можете так говорить?

САЙМОН. Они завораживают.

НОРМАН. Гипнотизируют.

САЙМОН. А Вы смотрели «Качая железо»?

УЭЙН. Да.

НОРМАН. Тогда Вы должны были видеть сцену, когда Арнольд Шварцнеггер разговаривает с Лу Феринго.