Прейд (возмущенно поднимаясь). Ну, знаете, Крофтс! Крофтс. Почему же вы обижаетесь, Прейд! Ведь мы с вами люди светские.

Прейд (сделав над собой усилие, говорит мягко и серьезно). Выслушайте меня, дорогой Крофтс. (Снова садится.) Я не имею никакого отношения к этой стороне жизни миссис Уоррен и никогда не имел. Она не говорила со мной на эту тему, а я, разумеется, ее не расспрашивал. Ваше чутье подскажет вам, что красивая женщина нуждается в таких друзьях, которые… ну, скажем, дружили бы с ней на иных основаниях. Красота стала бы для нее проклятием, если б всегда действовала без промаха. А вы, вероятно, с Китти в более коротких отношениях: вы бы лучше сами ее спросили.

Крофтс. Я ее спрашивал, и не раз. Но она твердо решила ни с кем не делить свою дочь, и если бы это было можно, говорила бы, что у нее совсем нет отца. (Вставая.) Меня это очень беспокоит, Прейд.

Прейд (тоже вставая). Ну что ж, во всяком случае, по возрасту вы ей годитесь в отцы, а потому давайте решим относиться к мисс Виви по-отечески, как к молоденькой девушке, которую мы оба обязаны беречь и защищать. Ну, что вы на это скажете?

Крофтс (ворчливо). Я не старше вас, если уж на то пошло.

Прейд. Нет, мой милый, вы старше; вы родились стариком. А я родился мальчишкой; я никогда в жизни не был уверен в себе, как полагается взрослому человеку. (Складывает стул и несет на крыльцо.)

Миссис Уоррен (зовет из коттеджа). Предди! Джордж! Чай пи-и-ть!

Крофтс (торопливо). Она нас зовет. (Быстро входит в дом.)

Прейд озабоченно качает головой и не спеша идет вслед за ним, но тут его окликает молодой человек, который только что появился на лугу и направляется к калитке. Это очень милый молодой человек лет двадцати, красивый, изящно одетый и совершенно ни к чему не пригодный, с приятным голосом и добродушно-фамильярными манерами; в руках у него охотничье ружье.