- Я думала, он хорошо себя чувствует.

- Нет, мадам. Поездка видимо утомила его. Он крайне напряженно работает. Утром прилетел доктор Леви и сейчас у него.

Хельга застыла.

- Ему так плохо?

- Скажем, неважно, - поправил Хинкль. Они никогда не высказываются в категорической форме. "Неважно" вполне могло означать, что Герман при смерти. Зная Хинкля, Хельга переменила тему.

- В отель?

- Увидите, мадам. Очень неудачно, что здесь не оказалось подходящих вилл, сдающихся в наем. Мистер Рольф решил приехать сюда неожиданно для всех. Он расстроился, отказавшись от поездки в Швейцарию. Если бы он предупредил меня хотя бы за неделю, я мог бы все устроить.

Сочный голос Хинкля стал глуше от досады. Хельга знала, как ненавистна ему жизнь в отеле, где он не мог готовить, поднимать суматоху из-за пустяков и лично следить за всем.

- Неужели ничего нельзя сделать?

- По-видимому, нет, мадам.

- И долго мистер Рольф намерен оставаться в отеле? Хинкль вел машину по широкому шоссе, тянувшемуся в изумрудно-зеленом океане.

- Я думаю, мадам, что это будет зависеть от доктора Леви.

Они подъехали к роскошному отелю "Алмазный берег", где были и теннисные корты, и площадки для гольфа, большой бассейн и отдельный пляж.

Два лакея уже ждали. Хельга прошла в роскошное фойе, где ее встретил управляющий, с поклоном поцеловавший ей руку. Она устала, ей было жарко в неподходящей для здешнего климата одежде, оставшейся на ней еще после скованного льдом и морозом Цюриха. Ее подняли в лифте на верхний этаж и после вежливого вопроса, не желает ли она выпить, предложения подать ленч на террасу и множества поклонов, оставили, наконец, одну.

Она сбросила одежду и прошла в ванную. Теплая вода с ароматическими солями была уже готова. Хельга задержалась перед огромным от пола до потолка зеркалом.

Она сохранилась очень даже неплохо, несмотря на свои сорок три года.