Коля. Стильно.

Толстый. А похожи на то, какими я их себе представляю?

Коля. А то я знаю, какими ты их себе представляешь.

Толстый. Черт – с рогами и хвостом. Бог – с бородой и в белом весь. И улыбается.

Пандус. Не. Черт – он улыбается. А Бог смотрит внимательно и сурово.

Коля. Да люди они обычные. Хвоста и рогов я не видел. А Бог смокинг носит. Хотя это он на работе, а дома не знаю… И не смотрит он ни фига внимательно и сурово. Даже нимба я не заметил. У вас даже что-то общее с ними есть.

Пандус. Ну… неинтересно даже. Загадки нет. Хотя вот, если ты свалишь, я буду стараться думать, что это все гон был. Или глюк.

Толстый. А грехи тогда зачем они придумали, если они совсем обычные и на нас похожи?

Коля. Да я вообще теперь думаю, что грехи люди придумали. Просто если бы грехов не было, полный беспредел начался бы. Грехи – это ж те же законы. Только если ты кого-нибудь замочил, ты знаешь, что тебя посадят. И знаешь, что на зоне будет. А грехи – за них еще неизвестно что будет. Поэтому я думаю, что грехи когда-то один очень умный человек придумал. Чтобы ничего плохого не случилось.

Толстый. Атеист ты, Коля.

Пауза.

Коля. Вы, кстати, мужики, меня не бросайте. Потому что мне два года жить еще.

Пандус. Так если жизнь пойдет, как пойдет, мы ничего сделать не сможем. Ты ж по любому кинешься.

Коля. Ну хотя бы ему про меня не рассказывайте. Договорились?

Толстый. А когда ты кинулся-то? Попрощаться хоть надо будет.

Коля. 25-го октября. Девятиэтажка около общаги, знаете? Вечером где-то.

Пандус. Придем. Если на самом деле кинешься, значит, не врешь.