Главный врач Клинической больницы Владикавказа Казбек Гусов рассказал, что к ним поступили 94 мирных жителя, раненных в Цхинвале, большинство – с минно-взрывными и огнестрельными ранениями («Новая газета»).

«На второй день обстрела мы услышали гул моторов, высыпали все на улицу, думали – российские танки идут нас выручать. Бабушки плачут от радости, дети ликуют. И вдруг в нашу сторону разворачивается башня танка и грузины дают залп. Несколько человек остались лежать на земле, остальные кинулись в подвалы» («Московский комсомолец»).

Эллина, 53-летняя жительница Цхинвала, рассказывает: «Град» бил, от домов одни воронки оставались. О зверствах грузинских войск должен узнать весь мир.

Эти нелюди знали, что мы прячемся от бомбежек в подвалах. Так они специально рвали гранатами трубы, мы три дня по пояс в воде стояли. А потом, чтобы «не мелочиться», взяли и прорвали дамбу у села Кехви, целые районы затопило. Старики от поднимающейся воды выбирались на улицу, их тут же убивали.

Грузинские военные поджигали гаражи, цинично расстреливали на кладбище надгробья. Также они уничтожили часовню и мемориальное кладбище защитников Цхинвала 1992 года. Танк несколько раз проехался по могилам и сровнял их с землей».

С пожилой сестрой Эллина решила выбираться из города, когда в соседних домах боевики стали подвалы забрасывать гранатами. «Однажды грузины стояли совсем рядом, мы видели из подвала их желтые натовские ботинки. Они ругали нас, осетин, последними словами, что их землю захватили. Как только они ушли, мы выбрались и бросились в лес, там у соседа была старая машина „копейка“ спрятана. Неслись на всех парах, только молились, чтобы наша каракатица не сломалась. А потом попали под обстрел. Удалось прорваться, так на дороге эти нелюди натянули металлический трос. В темноте и пыли мы его не заметили, у машины всю крышу снесло» («Московский комсомолец», 13 августа 2008 г.).

Ирина Гаглоева рассказывала 9 августа корреспонденту газеты «Коммерсант»: «От взрывов дрожат стены и стекла в окнах жилых домов, в центре города горят здания, все жители попрятались в подвалах своих домов.