Император встает.
Ромул. Император не дает благословения на этот брак.
Все остолбенели.
Цезарь Рупф. Папа!
Рея. Я выйду за него замуж, отец. Ты не можешь помешать мне спасти отечество.
Ромул. Моя дочь выполнит волю императора. Император знает, что делает, когда отдает свою империю огню, когда дает упасть тому, что должно разбиться, и попирает то, что принадлежит смерти.
Рея, опустив голову, уходит в дом.
Выполняй свои обязанности, Пирам. Корми кур! Август! Тиберпй! Траян! Адриан! Марк Аврелий! Одоакр! (Бросает курам зерно и, сопровождаемый камердинерами, удаляется.)
Все стоят неподвижно.
Тулий Ротунд. Сейчас же возобновить сожжение архивов.
Все окутывается черным дымом.
Эмилиан. Долой такого императора!
Действие третье
Ночь после Мартовских Ид четыреста семьдесят шестого года... Спальня императора. Слева — окна. В глубине сцены — дверь. Справа кровать и еще одна дверь. Посредине два дивана, которые, соединяясь, образуют угол, раскрытый к публике. Между диванами небольшой низкий стол изящной формы. На переднем плане справа и слева два стенных шкафа. Полнолуние. Комната во тьме. Лишь на полу и на стенах яркими квадратами лежит лунный свет. Дверь в глубине сцены открывается. Входит Пирам с трехглавым светильником и зажигает второй такой же, стоящий у кровати. Потом он выходит на авансцену и ставит светильник на стол. Из правой двери появляется император в довольно пoношенной ночной рубахе. За ним входит Ахилл.
Ромул. После хорошего ужина вдвойне приятно искупаться. Сегодня был волнующий день, а я таких не выношу. Чтобы прийти в себя, лучше всего принять ванну. Я ведь, Ахилл, не трагический герой.