ГЕОРГИЙ

Стрельцы ненавидят Дмитрия.

ШУЙСКИЙ

Стрельцы ненавидят Дмитрия как антихриста. Он отстранил их от несения службы в Кремле, а в сторожевые башни и будки посадил свою личную охрану из поляков. Но стрельцы страдают одним недугом: для них весь смысл жизни — в охране царя. Они присягнули ему на верность и присяги не нарушат. Остается одно средство.

ГЕОРГИЙ

Одно?

ШУЙСКИЙ Этот царь не имеет права быть царем.

ГЕОРГИЙ

Кем же ему быть?

ШУЙСКИЙ

Самозванцем. Царевича Годунов сжег, а спасенный мальчик царевичем не был. Все его высочество состряпано.

ГЕОРГИЙ

Хоть бы так оно и было.

ШУЙСКИЙ

Ладно, дети. Теперь соберитесь с духом. Я велел изготовить подметные письма.

ГЕОРГИЙ

Что это?

ШУЙСКИЙ

Совсем новая вещь, печатная икона. Святой образ в век своего размножения. Всего здесь восемьсот листов.

ГЕОРГИЙ

С одним и тем же ликом?

ШУЙСКИЙ

С одним и тем же ликом.

ГЕОРГИЙ

Чудно.

ШУЙСКИЙ Здесь представлен в виде святого маленький Дмитрий, сын Ивана, а с ним святой Димитрий Солунский.

ГЕОРГИЙ

Что? Выходит, изверг — святой?

ШУЙСКИЙ

Помилуй, князь! Да если царский сын — святой, выходит, он мертв! Его сожгли в Угличе, превратили в прах и пепел, а нами правит самозванец. Я втолкую стрельцам, что они ему присяги не давали.

ГЕОРГИЙ

Выходит, царь — не настоящий? Не от Ивана?

ШУЙСКИЙ

Я подумал, есть смысл представить дело таким образом.

ГЕОРГИЙ

Старая ложь, ее давно похоронили.

ШУЙСКИЙ

Я выкопал ее из могилы.