Начеку. Как же не видел, он мне еще сказал, что я совсем болен. И, верно, так оно и есть, потому как у меня во всем теле началась ломота, едва объявил он, что я за-ахвора-ал…А-а, а-а…
Бартоло (передразнивает его). За-ахвора-ал!… А где же этот проказник Весна? Без моего предписания напичкать малого лекарством! Тут что-то нечисто.
ЯВЛЕНИЕ VII
Те же и Весна входит, по-стариковски опираясь на палку, имеющую вид костыля, и несколько раз подряд чихает.
Начеку (по прежнему зевая). Весна, что с тобой?
Бартоло. Прочихаешься в воскресенье.
Весна. Вот уж больше пятидесяти… пятидесяти раз… в минуту! (Чихает.) Сил моих нет.
Бартоло. Что же это такое? Я вас обоих спрашиваю, не приходил ли кто-нибудь к Розине, и вы мне не говорите, что цырюльник…
Начеку (продолжая зевать). Да разве господин Фигаро – «кто-нибудь»? А-а, а-а…
Бартоло. Бьюсь об заклад, что этот плут с ним в заговоре.
Начеку (зевает). Я… в заговоре!
Весна (чихает). Да что вы, сударь, где же… где же справедливость?
Бартоло. Справедливость! Это вы между собой, холопы, толкуйте о справедливости! А я – ваш хозяин, следовательно я всегда прав.
Весна (чихая). Ну, а если это все-таки правильно?…
Бартоло. Если правильно! Если я не хочу, чтобы это было правильно, так я настою на том, что это не правильно. Попробуй только признать, что эти нахалы правы, – посмотрим, что тогда будет с правительством.
Весна (чихая). Когда так, пожалуйте расчет. Проклятая служба, ни минуты покоя!