Константин. Ну, уж сомневаюсь!

Каркунов. Пиши, пиши, не твое дело!

Xалымов. «И твердой памяти».

Каркунов. Ну, насчет памяти… против прежнего не то.

Xалымов. Да ведь помнишь всех, кто тебе должен ?

Каркунов. Всех, всех, всех.

Xалымов. Значит, твердая. Может быть, забываешь, кому сам должен? Так не беда, напомнят. Ну, главное дело кончено, теперь уж пустяки. Вот пиши: «Любезной супруге моей, Вере Филипповне, за ее любовь ко мне и всегдашние попечения…»

Каркунов. Да, да, всегдашние попечения.

Xалымов. Ну, там что знаешь.

Каркунов. Пиши, Константин: «Все движимое и недвижимое имение и миллион денег».

Константин. Да позвольте, дяденька…

Каркунов. Молчи, молчи! Стоит, стоит, больше стоит.

Xалымов. Уж это твое дело.

Каркунов. Больше стоит, больше стоит. Только вот что, кум, ох…

Xалымов. что случилось ?

Каркунов. Оставлю я ей миллион, а она с моими деньгами-то замуж либо любовника.

Халымов. Да тебе-то что за дело! Уж там как знает, как ей лучше.

Каркунов. Нет, так нельзя, так нельзя: мои деньги-то. Она выйдет замуж, да еще подсмеется с мужем-то над стариком.

Халымов. Да и подсмеются, ничего не поделаешь.

Каркунов. Нет, вот как: любезной супруге моей, Вере Филипповне, коли не выйдет она замуж и не заведет любовника, миллион.

Халымов. Нельзя так написать-то, кум.

Каркунов. Отчего, кум?

Халымов. Скажут, что не в здравом рассудке.