ВИКТОША. Но именно от него я убежала!

БАЛЯСНИКОВ. Вас хотели насильно за него выдать?

ВИКТОША. Вовсе нет! Просто я опасаюсь, что он не будет со мной счастлив. Я прямо-таки ужасно боюсь этого.

БАЛЯСНИКОВ. Но почему?

ВИКТОША. Вы знаете, он слишком умный. Он всего на год меня моложе, но в его присутствии даже я чувствую себя ужасно малоинформированной… Да-да, Левушка поразительный юноша, и было бы смешно надеяться, что его чувства хватит надолго.

БАЛЯСНИКОВ. Но… вы так красивы…

ВИКТОША. А толк-то какой? Ну зачем умному человеку красивая жена - не дурак же он?

ХРИСТОФОР. И верно, Федя. Зачем?…

БАЛЯСНИКОВ. Блохин, помолчи! (Виктоше.) Сколько вам лет?

ВИКТОША. Двадцать мне уже… (Горестно.) Двадцать.

БАЛЯСНИКОВ. Двадцать? Ха! Мне бы эти годы!

ХРИСТОФОР. Неужели ты опять женился бы, Федя?

БАЛЯСНИКОВ. Видишь ли… (Обернулся к Витоше.) В браке несомненно есть и свои привлекательные свойства - с одной стороны. Чего уж никак не скажешь о другой.

ХРИСТОФОР. А по-моему, все дело в том, что не надо все время разводиться… В этом все дело.

БАЛЯСНИКОВ. Эту мысль ты уже развивал неоднократно, а в данную минуту нам нужны новые идеи! (Торжественно.) Виктория Николаевна, я прошу вашего позволения предложить вам провести эту ночь в соседней комнате. В свою очередь, мы с Христофором переночуем здесь в кабинете. Эти кресла и тахта дают нам величайший простор для всевозможных вариантов и комбинаций.

ВИКТОША. Спасибо… Вы такой милый…

ХРИСТОФОР (энергично). Боже мой, Федя, какие мы с тобой идиоты! И как это сразу не пришло нам в голову. (Радуясь.) Ведь мы же завтра уезжаем на пароходе в Астрахань, для того чтобы окончательно сосредоточиться… И оставляем, таким образом, в Москве две совершенно пустые квартиры!

БАЛЯСНИКОВ. Уезжаем? (С интересом поглядел на него.) Удивительный ты все-таки человек, Блохин.