Клеант. Мы не посмели подойти, боялись вам помешать.

Гарпагон. Ну, вот и хорошо. Теперь вы знаете, а то бы вкривь и вкось истолковали мои слова, подумали бы, что это у меня найдется десять тысяч червонцев.

Клеант. В ваши дела мы, батюшка, не входим.

Гарпагон. Эх, кабы бог послал удачу - десять тысяч червонцев!

Клеант. Не думаю...

Гарпагон. Вот бы кстати!

Элиза. Да это...

Гарпагон. Мне деньги куда как надобны!

Клеант. Я полагаю...

Гарпагон. Уж так бы пригодились!

Элиза. Вы, батюшка...

Гарпагон. Тогда бы я не горевал, что времена тяжелые настали.

Клеант. Боже мой! Уж вам-то, батюшка, зачем тужить? Всем известно, что у вас добра достаточно.

Гарпагон. Что? У меня достаточно добра? Лгут люди! Кто это говорит? Враки, выдумки! Одни только мошенники могли распустить такие слухи!

Элиза. Не сердитесь, батюшка!

Гарпагон. И что за диво! Собственные дети стали родному отцу предателями и врагами!

Клеант. Какой же я вам враг? Я только и сказал, что у вас есть достаток.

Гарпагон. Вот, вот! Такие речи да мотовство твое меня погубят. Залезут в дом грабители и перережут мне горло. Все думают теперь: у Гарпагона денег куры не клюют.

Клеант. В чем же мое мотовство?

Гарпагон. В чем? Или это не роскошество бесстыжее - шататься по городу в таком наряде? Я вчера твою сестрицу бранил, но где ей до тебя! Вот погоди, накажет тебя бог! Посмотреть, что на тебе надето: с головы до ног все щегольское! Ты на свои уборы уйму денег ухлопал. Я тебе, сынок любезный, раз двадцать говорил: мне твои повадки не нравятся! Маркиза из себя воображаешь. Ишь как разрядился! Откуда ты деньги берешь? У меня воруешь, не иначе!

Клеант. Э, батюшка! Ну, как у вас украсть!

Гарпагон. А я почем знаю? Где же тебе иначе денег взять, чтобы этак франтить?