
ЧАНС: Очевидно, я внушаю доверие.
ПРИНЦЕССА: Если так, то я сошла с ума. Скажите мне, что за море там, за пальмовым садом и шоссе? Я вспомнила, как мы свернули на запад от моря и поехали по Старому испанскому шоссе.
ЧАНС: Мы снова вернулись к морю.
ПРИНЦЕССА: Какому?
ЧАНС: К заливу.
ПРИНЦЕССА: К заливу?
ЧАНС: К заливу непонимания.
Бьют колокола.
ПРИНЦЕССА: Воскресенья всегда тянутся бесконечно. Верно, мальчик?
ЧАНС: Не называйте меня так. Это звучит унизительно.
ПРИНЦЕССА: Почему, Карл?
ЧАНС: Я не Карл. Я Чанс.
ПРИНЦЕССА: Но вы назвались Карлом. Вы не преступник?
ЧАНС: Нет. (Она внимательно смотрит на него, идет к двери, открывает ее и оглядывается.) Вы все еще не доверяете мне.
ПРИНЦЕССА: Человеку, который скрыл свое имя.
ЧАНС: В отеле «Палм Бич» вы тоже зарегистрировались под чужим именем.
ПРИНЦЕССА: Да. Чтобы избежать репортеров и соболезнований, от которых я бегу. (Подходит к окну. Пауза.) Итак, мы не пришли к пониманию.
ЧАНС: Нет, мэм.
ПРИНЦЕССА (отворачивается от окна и смотрит на него): Почему все-таки?
ЧАНС: У каждого что-то свое на уме.
ПРИНЦЕССА: Что же у вас на уме?
ЧАНС: Вы говорили, что ваш огромный капитал вложен в одну из второразрядных студий Голливуда и вы могли бы устроить мне контракт. Я не очень поверил вам. Правда, вы не похожи на авантюристок, с которыми я встречался прежде, но авантюристки бывают разного пошиба. Когда мы впервые остались в вашем номере… вы достали бланки для контрактов, и мы подписали их. И три типа, которых я нанял в баре, засвидетельствовали его у нотариуса.
