Большая железная дверь под сумрачными сводами.

Входит Игрен, взгляд ее блуждает, волосы распущены. Лампа в руках.

Игрен. — озираясь растерянно — Они не пошли за мной... Белланжер!.. Белланжер!.. Агловаль!.. Где вы?.. Они говорили, что любят его, а сами бросили меня одну... Тентажиль! Тентажиль!.. Как же так?.. Я поднималась, поднималась по бесчисленным лестницам между бесконечных безжалостных стен, сердце готово остановиться, стены точно плывут... -Она прислоняется к опоре, поддерживающей свод — Я сейчас упаду, и тогда жизнь сорвется с губ и улетит, я чувствую, что это вот-вот произойдет... Я не знаю, что я делаю, я не вижу ничего и не слышу... Молчание!... — Я собрала эти пряди волос, я находила их то на ступенях, то на стенах... и они указали мне дорогу... Мой бедный маленький братик!.. Что я такое говорю?.. Помнится... Нет, я не знаю больше ничего... Все неважно, и все невозможно... Со мной теперь только мои мысли... Вот так просыпаетесь — и вдруг... В сущности, поймите, в сущности, необходимо только хорошенько подумать... Сказать можно и так , и иначе, но душа, душа всегда выбирает другую дорогу. И неизвестно, что мы тогда выпускаем на волю. Я пришла сюда с этой жалкой лампой, ее не задул сквозняк на лестнице... В сущности, о чем нужно думать?... Так много неуловимого... Но ведь кто-то же должен знать? Но тогда почему он скрывает?.. — Смотрит вокруг — Я никогда не была здесь... И нельзя подняться выше, запрещено... Как холодно! И такая темнота вокруг, что страшно дышать...