Цифры на весах, наконец, успокоились. Полсотни с хвостиком. Толстеете, Кира Ильинична. Становитесь горизонтально ориентированной. Пора сниматься в рекламных роликах – играть людей до похудения. Что творилось в голове? Максим отравил за ужином? Не должен, родная жена не препятствует счастью мужа на стороне. Данилку второго дня отправили к свекрови в Тасино (школа не убежит), прислуги в доме не держали. Максим уехал на работу, и это событие она опять проспала. Она отогнула клеенчатую шторку над ванной – поморщилась, гнильцой попахивает, менять пора. Максим перед работой душ принимал: сырость, потеки на стенах, забрызгал потолок. Зачем перед работой принимать душ? Можно подумать, она не знает…

Наличие у Максима любовницы она вычислила давно. Он не опускался до таких пошлостей, как помада на воротниках, забытые презервативы в карманах, не удаленные сообщения. Но она умела наблюдать и сопоставлять факты. Реакция на отдельные слова, судороги лицевых мышц, нюансы поведения, когда он приходил к ней ночью, чтобы рассказать о своей великой любви, а она мучительно размышляла, не зарядить ли ему в челюсть, или потерпеть еще годиков пять.

Голова трещала. Что-то с ней было не в порядке. Спала не тем боком? Ей казалось, что в окружающей обстановке что-то меняется. Рвался глашатай из подсознания, чтобы сообщить потрясающую новость. Она недоуменно озиралась. Вроде все как всегда – ванна сверкала кафелем, хромированные полочки, еще одно зеркало… А что тогда? Она встала под душ, почистила зубы, подставила макушку звенящему напору, чтобы устранить пульсирующую боль в лобно-височном отделе головного мозга…